Виталий Николаевич Задумин

Виталий Николаевич Задумин

   Воспоминания целинника.

 

  Приближается 60-летие «Освоения целинных залежных земель». И эти земли, в основном, осваивали «дети войны», работая в сельском хозяйстве механизаторами, строителями, рабочими.

  В связи с этой датой хочу рассказать одну историю, стоящую на грани трагедии и мне очень памятную, а также о некоторых целинниках.

   Где-то в 1956 году приехал в село Мангут Кыринского района Читинской области симпатичный, статный молодой человек – Иван Дмитриевич Павлов. Прибыл лн с женой с ребенком на руках и с тещей. Получили они землю под строительство дома, дом был построен. Казалось, жить ему со своей семьей в радости и счастье, но произошло непредвиденное. В тот год Иван на своем самоходном комбайне, закончив уборочную кампанию, возвращался уже перед 7 ноября с села Михайло-Павловск, которое находилось на противоположном берегу реки Онон от Мангута. Дело было уже к вечеру. Подъезжая к Онону, надо было миновать бревенчатый настил через протоку, который был настлан на высокие берега. Заехал Иван на этот настил, у него выбило руль и комбайн, перевернувшись, полетел вниз. Иван оказался внизу, а комбайн упал на него, но, видимо, вода смягчила удар и Иван потерял сознание. И как дополз до дороги не помнит, отключившись окончательно. Подобрали его шофера, ехавшие с дровами, которые и довезли его до больницы. Врачи, конечно, выходили его, но их и нас удивлял вопрос, как он мог выжить, получив не совместимые с жизнью травмы, да еще в воде. Комбайнером он работать, конечно, больше не смог, да и комбайн списали. Продолжал жить в Мангуте.

   Хочу рассказать о двух моих друзьях из жителей Мангута, которые после службы в Армии по комсомольским путевкам влились в работу по специальности комбайнеров – это Глеб Васильевич Богомолов и Александр Иванович Батурин. Мы особенно сдружились с Сашей Батуриным. Вместе ремонтировали комбайны, сельхозтехнику и работали в поле. Саша, как более опытный и старший товарищ учил, подсказывал и направлял меня. Эту дружбу помню до сих пор и дорожу ей.

  Когда мы, целинники и местные ребята, пришедшие из Армии, устроились на работу в МТС, то техники не хватало, так как имеющиеся комбайны и трактора были закреплены за опытными селянами. То нам представили выбор машин из-под забора. Саша успел неплохо отремонтировать старенький комбайн СК-3 и, выехав в поле, не отставал от асов-комбайнеров, как в первый год его работы, так и в последующие года, он ежегодно перевыполнял нормы выработки, а они были 220 га на комбайн.

  Саше была присуща удивительная скромность и застенчивость. Когда мы добились открытия вечерней школы и пошли с Глебом учиться туда, то он не осмелился пойти на такой шаг. Хотя был Саша очень развит, эрудирован.

  Глеб Васильевич окончил вечернюю школу вместе со мной, затем окончил Читинский техникум механизации и электрификации сельского хозяйства.

   Все вышеперечисленные мной товарищи по работе в селе покинули этот мир. Светлая им память.

   А сейчас я остановлюсь на том, как я, сугубо городской житель, попал на целину. В 16 лет, получив паспорт, я устроился учеником слесаря на Петровск-Забайкальский металлургический завод. Это было голодное послевоенное время. Носили мы, в основном, солдатское поношенное обмундирование. Жил я в то время с родителями в так называемой Родькиной Пади, а на работу приходилось ходить в город, где располагались механический и чугунолитейный цеха – это было 7-10 км.

   На работу приходилось ходить голодным или полуголодным, обычно взяв с собой на обед 4-5 картошек, сваренных «в мундире». А чтобы добыть кусочек хлеба, я ходил на работу через город, а не по железнодорожным путям, что было значительно ближе.

   Идя на завод в городе, заходил в столовую и просил у официанток недоеденные объедки хлеба, если кто-то их оставлял на столах. Вот с этим запасом продуктов и шел на завод. От такой еды, конечно, сил никаких не было, приходилось очень тяжело. Но брало верх сознание того, что всем нелегко и основная масса молодежи так и  жила. И где же этому поколению людей быть здоровыми?

  Вот такое жалкое существование мне пришлось терпеть до первой ученической зарплаты. Тогда мне представилась возможность ходить на обеды в заводскую столовую. А когда закончился мой срок быть учеником слесаря, меня перевели на самостоятельную работу по обработке и сборке комплектов печного ширпотреба и утюгов, которых требовалось очень много, так как шло восстановление народного хозяйства и строительство жилья. На этом участке  работы стали неплохо зарабатывать. Но нам, голодранцам, хотелось большего.

   И мы с напарником Толей Кореневским договорились увеличить время работы, т.е., выйдя в первую смену, не уходя домой, выходили в третью смену. Проработав так некоторое время и получая заработную плату, оказавшуюся больше всех в цехе, начальство пришло в недоумение и негодование. Как же так – два начинающих работника заработали почти в 1,5 раза больше кадровых специалистов? Начались допросы, разборки. Нам под нажимом начальства цеха пришлось сознаться, что мы прирабатывали в третью смену.

«На профком их», - заявил начальник цеха. «Как же это так, наши деды и отцы боролись за 8-часовой рабочий день, а вы стали злостными нарушителями трудового  законодательства». Мне, не зная, чем закончится этот разбор, пришлось написать заявление на увольнение. И тут как раз по радио озвучивали Постановление ЦК КПСС и нашего правительства об «Освоении целинных и залежных земель». И так мы, работники П-Забайкальского металлургического завода в составе где-то 32 человека, попали на Мангутскую МТС. Мы просили управление сельского хозяйства направить нас на Алтай или в Казахстан, но они заявили, что нам нужны свои кадры.

Вскоре меня направили в СПТУ, выпуск из которого состоялся перед самым началом уборочной кампании. Прибыв в МТС, за мной закрепили комбайн из-под забора. Ремонта ему, конечно, я произвести не смог, так как механизаторы начали выезжать в поле. Я смог только очистить комбайн от пожнивных остатков, запустить в работу двигатель и молотилку и устранить, что забарахлило во время обкатки и вскоре выехать в поле. Конечно, никакой уборки у меня не получилось, так как комбайн постоянно ломался. И в тот сезон я смог убрать только 22 га, при норме 220 га. Но получил я огромную, очень важную для меня практику.

   На следующий год я получил новый комбайн и в последующие годы выработку наращивал с каждым сезоном. В тот год, как мне уехать на учебу, убрал я уже 380 га. Но это не рекордная выработка как района, так и области, о ней скажу чуть ниже.

    В большей степени стала оживляться работа МТС и близстоящих колхозов, тогда когда стали приезжать на работу в село специалисты с высшим образованием. В Мангут приехали гл. инженер МТС и зав. МТС – бывшие железнодорожники, гл. агроном и новый директор – агроном с высшим образованием, волевой, энергичный Анатолий Иванович Поливин. Долго в МТСе ему поработать не пришлось, так как МТС реорганизовали в РТС, и его рекомендовали в местный очень крупный и рентабельный колхоз им. Ленина на должность председателя колхоза.

   В колхозе он проработал долго, выведя вверенное ему хозяйство в одно из лучших в области, за что получил звание героя Социалистического труда. Сейчас Поливин на пенсии, но от дел сельского хозяйства и жизни города не отходит – ведет большую общественную работу.

   Почему я свое повествование начал с большой беды, произошедшей с нашим товарищем по работе? Да лишь потому, что это была работа, сопряженная с увечьями, травмами и другими бедствиями. У меня в разные сезоны дважды были возгорания двигателя комбайна. Один раз было сильное отравление водой, выпитой из термоса, прилагаемого к новому комбайну.

   Сашу Батурина один раз чуть не закрутило мотовилом в жатку. Еще одному моему товарищу оторвало ногу на лафетке.

   Но мы, преодолевая трудности и травмы, трудились с полной отдачей сил и энергии, делали все то, что шло на пользу сельскому хозяйству.

   В 1959 году я поступил в Читинский техникум механизации и электрификации сельского хозяйства. Был секретарем комсомольской организации техникума.

   Учась в техникуме, мы были направлены на преддипломную практику в Приаргунский совхоз Приаргунского райна Читинской области. Вот здесь на преддипломной практике мы с моими товарищем Бекетовым Василием и Гладким Александром добились рекордной выработки на спаренных жатках ЖР-4,9, которая составила 1011 га.

   Мы с Василием занялись ремонтом и переоборудованием в спаренное состояние двух жаток. В Приаргунском совхозе такой вариант работы двух жаток в паре с одним трактором никто не знал и им было это в диковину. Многие нам помогали, но часть механизаторов посмеивалась, говоря, что у нас ничего не получится. Но у нас получилось и получилось не плохо.

   Конечно, технология спаривания двух жаток - это не моя идея. Когда я работал в МТС, ее стал внедрять умелец из соседнего колхоза механик Ипатьев (имя и отчество не помню). Пытались переоборудовать жатки по этому образцу и у нас в МТС, но они на каменистых почвах и маленьких загонах не пошли. А суть их компоновки я запомнил визуально и с помощью моих товарищей внедрил в дело.

  В Приаргунском районе же поля были ровные и загоны длинные.

   Для подбора скошенных нами сдвоенных валков, мы успели до выхода в поле отремонтировать и подготовить к уборке прицепной комбайн С-6. Но когда у нас на валки зерновых дела пошли хорошо, то нам дали команду продолжать эту работу. Так мы проработали до той поры, пока нас не отозвали с практики.

   В тот год поля в совхозе были засорены травой и низкорослые, поэтому режущие аппараты жаток часто забивало сорняками и из-за этого были на первых порах значительные простои. Тогда мы вместо рожков («пальцев») режущего аппарата поставили второй нож, «пальцы» все убрали.

Выполнили эту работу вначале на одной жатке, затем, когда попробовали на деле и все получилось, переоборудовали и вторую жатку. И дела пошли значительно лучше, практически без простоев. Через некоторое время на всех жатках совхоза лафетчики установили вторые ножи, а чуть позже и во всем районе. Ножей б/у в районе уже невозможно было найти. Они все пошли в дело.

   В общем, в тот сезон мы словно поработали и хорошо заработали, что нам, учащимся, очень было кстати.

   Однако этот наш рекорд остался без внимания у руководителей сельского хозяйства.

   После окончания техникума, а вернее, еще до его окончания, я был приглашен на работу в обком комсомола и в феврале 1962 года был утвержден инструктором орготдела обкома. Диплома пришлось готовить и защищать уже работая. Техникум я окончил с отличием. Работая в обкоме, считаю, что это было самое счастливое время, дающее удовлетворение в работе с молодежью, с партийными органами, которые нас учили, наставляли и поддерживали. Чем только не занимался обком комсомола, да и райкомы на местах. Это и комсомольско-молодежные бригады и их соревнования на производстве и в сельском хозяйстве, и работа в школах, техникумах, институтах и в пионерских организациях.

   Организовывали и проводили мы спортивные соревнования, фестивали, турниры, конкурсы, комсомольско-молодежные свадьбы и т.д. И вся эта очень значимая и нужная работа проводилась под руководством первого секретаря обкома комсомола Дуфара Шаиховича Ахметова. Работая с ним, в его лице мы видели грамотного, весьма эрудированного специалиста и хорошего организатора комсомольско-молодежных дел.

   Поработать же мне долго и плодотворно в обкоме партии не позволило мое здоровье.

   Но все же более 40 лет в той или иной степени было отдано сельскому хозяйству. 16 лет проработал зам. директора в 2-х филиалах сельскохозяйственных проектных институтах, а когда они распались в связи со сменой власти в стране, 12 лет пришлось проработать в ОАО «Восток», откуда и ушел на пенсию.

   Кроме техникума, учился в двух институтах: в Бурятском сельскохозяйственном и Иркутском политехническом.

   Учась еще в техникуме, женился на белокурой красавице – Тамаре Николаевне Антоновой. Прожили мы с ней более 50 лет. Являясь обладателем слабого здоровья и длительное время учась, она меня во всем поддерживала и помогала и ни разу не упрекнула, за что я ей очень благодарен. Отмечая «золотую свадьбу», я посвятил ей стихотворение, пусть и непрофессиональное, но свое, написанное от души.

   Имею двух дочерей и трех внучек.

   Свое воспоминание хочу закончить словами из Библии: «Если я изложил его хорошо и удовлетворительно, то я сего и желал; если же слабо и посредственно, то я сделал то, что было по силам моим». (Б-стр. 1007, Маккавейская 2)

 

 


Поделиться


Фото