Елизавета Ивановна Оськина

Елизавета Ивановна Оськина

Я родилась в городе Рязани. Во время войны работала в госпитале, на границе с фронтом в эвакогоспитале Николаевском.

Принимали раненых с фронта. На фронте санитарка обрабатывала, к нам привозили уже, а мы лечили.

Раненые были очень тяжелые. Были и без рук и без ног, даже не было лица у одного, одни глаза, не было ни носа, ни рта, ни бороды,  вот такой человек.

Тяжело было нам работать, работали по 8 часов в сутки, а было – мы работали по 3 дня без выходных дней, без сна, спали «на ногах». Ели «на бегах».  Было очень трудно, не хватало медсестер.

Мы первое время эвакуировали этих сразу в глубокий тыл. На это место с фронт приходили другие раненые. Во время бомбежек нам приходилось таскать их в  бомбоубежище, кончалась бомбардировка, мы их вносили обратно в палаты.

Рязань бомбили, разбомбили в Рязани молочный рынок. Там погибла одна девочка с нашего дома. Много людей погибло, разбили дом на остановке «Дом художника», был двухэтажный дом, разбили этот дом и рядом. Сейчас выстроили другой дом, шестиэтажный.

Разбили завод на улице  на улице Красноярской. Там завод был. Завод не тронули, за заводом все разбили.

Были такие дни, когда приходилось пойти в город, и вдруг неожиданно появлялось 2-3 самолета и на бреющем полете нас обстреливали. Мы прятались в подворотне, было очень страшно, тяжело.

Работали мы впотьмах почти, «моргасики» были, электричества не было, горячей воды не было, а нам приходилось раненых купать, был автоклав, вот нагревали его и так купали.

Привозили раненых и со вшами, и с червями даже. Мухи садились на раны и появлялись черви. Вот нам приходилось обрабатывать – это очень тяжелое дело. Раненые очень переживали.

С моего класса, десятого, все мальчики пошли на фронт, восемнадцать-девятнадцать лет и многие не вернулись. Вот мой сосед, с которым я сидела на парте, убит был, не вернулся с фронта. С моего дома кроме меня две девочки пошли на фронт, правда, они вернулись живыми – одна была радисткой, а другая медсестрой.

Было очень тяжело с продуктами и в госпитале тяжело. Раненые обижались – плохо кормили. Ну, потому что брать было неоткуда. Которые быстро выздоравливали, через 2-3 месяца шли опять на фронт, а тяжелораненых вывозили глубоко в тыл, в город Горький. 

Когда война началась, нас мама была и три сестры, одна сестра с мужем, у нее был генерал-полковник, Нестеренко, на фронте был. Она жила в Калининграде. Во время наступления пришлось бежать ей из Калининграда, вот она пришла, приехала к нам в Рязань. Вторая сестра у меня была пилот и медсестра, она была на фронте, о ней я не могу ничего подробного рассказать, потому что мы жили слишком далеко друг от друга. А младшая сестра, ей было всего 15 лет, она была с мамой. А я вот работала в госпитале, эвакогоспитале Николаевском.

Вот, счастье. Счастье было такое невообразимое, такое большое, такое невозможное – это когда 9 мая объявили Победу. Я работала в госпитале «Дневной свет». Раненые, которые могли ходить, выходили на улицу, люди все останавливались, мы целовались, обнимались, это была такая радость, что прям невозможная. Больше радости у меня ничего не было, что война кончилась, что жить будем мирно.

 

 

 

 

 


Поделиться