Леонид  Тимофеевич Шевелев

Леонид  Тимофеевич Шевелев

  О начале войны я узнал так: как обычно, мы, мальчишки, собирались во дворе поиграть в футбол. И вдруг из окон раздались женские тревожные голоса, они кричали: война, война! Сразу весь двор опустел, все бросились к репродукторам слушать выступление товарища Молотова. Вскоре старшее поколение стали получать повестки, ушли три моих брата на фронт, ну и мы, мальчишки, бросились в военкомат. Военком, как обычно, выгонял, говорил – а ну, пацаны, идите отсюда, когда нужно, мы вас вызовем. В то время мне ещё было 17 лет. Мы как кого провожали, всегда бегали в военкомат и военкому надоедали. В начале июля по радио выступил товарищ Сталин. В своей речи он сказал, что нужно создавать истребительные батальоны, партизанские отряды, диверсионные группы – сделать так, чтобы земля у фашистов горела под ногами.  Я снова пошел в военкомат, военком наконец сдался и сказал – в Петровском монастыре на Петровке формируется истребительный батальон из добровольцев, хочешь – иди туда.        

 

  Я пошел, и с 11 июля 1941 года началась моя служба. Сначала мы несли патрульную службу, выезжали в места выброски фашистского десанта. В октябре  немец подошел к Москве, Москва переходит на осадное положение. Поступает приказ, что будет формироваться Московский мотострелковый истребительный диверсионный полк из добровольцев. Это был полк специального назначения, которому ставилась задача -  ведение боевых действий в тылу врага. Началась усиленная подготовка. Мы же все были гражданские, не имели опыта, нужно было учиться минному делу,  ориентироваться в лесу. Затем направляют меня в снайперскую школу,  она находилась между Выхино и Вешняками. И когда я туда приехал, встретился со своим старшим братом, он уже окончил эти курсы.  Итак, отучившись в этой школе, я снова вернулся в свой полк.

  Не заметили, как за этой подготовкой подошел праздник 7 ноября, но кто мог думать в то время о каком-то праздновании, когда враг был у самой столицы – Москвы. И вдруг 6-го наш полк поднимают по тревоге. Командир полка объявил, что нужно готовиться  к строевому смотру. Все возмущались – не сегодня-завтра в  бой, а тут заниматься строевой подготовкой. Но приказы есть приказы, они не обсуждаются, а выполняются. И вот 6-го мы всю ночь маршировали по затемненным улицам Москвы. Ходили сначала отдельными подразделениями, потом ротами и так далее. А когда 7 ноября собрались на сборном пункте, командир полка объявил, что нашему полку доверена честь участвовать в параде на Красной площади. Представляете, это подняло такой боевой дух у всех, мы  пошли на Красную площадь, топали так, как будто фашиста вбивали в землю. На Красной площади заняли отведенное место и стали ждать. Стали подходить другие части, заполнялись гостевые  трибуны. Гости, которые приглашались на Красную площадь, получали повестки глубокой ночью, машинами развозили их по домам.           Заиграли мелодию кремлевские куранты, все затихло, все взоры устремлены на трибуну мавзолея. И вдруг Красная площадь словно всколыхнулась, на трибуны стали подниматься члены партии и правительства во главе с товарищем Сталиным. И представляете, как отрадно было видеть товарища Сталина на трибуне мавзолея, ведь прошел слух, что он покинул Москву.

 Хоть Гитлер и заявил тогда, что он проведет парад на Красной площади, уже шилась парадная форма, готовились награды. Парад состоялся, но не немецких войск, а прошли по ней мы, советские воины. Представляете, в какой обстановке проходил этот парад? Фашистские самолеты частенько вторгались в московское небо, только в Москве 141 раз объявлялась воздушная тревога, на Москву было сброшено более 1600 фугасных и 110 тысяч зажигательных бомб. И вот в такое тревожное время Сталин решил устроить парад. Гитлер, узнав, что состоялся парад, был взбешен.

   После парада направлялись на фронт, не остался в долгу и наш полк, уже в десятых числах с первыми группами ушли в тыл врага. Задача наша была  – минировать дороги, уничтожать связь, громить гарнизоны, пускать под откос ж/дорожные составы. Не имея опыта, первое время разведку вели, затем, когда немножко уже освоились, выполняли задания. Когда немец получил серьезные потрясения под Москвой, был отброшен, диверсионные группы действовали уже в  Калужской области, Смоленской, Брянской и других.  Наша группа  действовала в Брянской области. Мы находились в течение 2 месяцев в тылу врага. За 2 месяца наша группа пустила под откос 7 эшелонов противника, уничтожила 4 танка, 10 автомашин, срезала около 30 км телефонной, телеграфной связи, уничтожила 600 немецких солдат и офицеров.

   Группа могла бы действовать и дальше, но из Москвы поступает срочный приказ – всем диверсионным группам выйти из тыла и вернуться в Москву. Командиры, конечно, недоумевали – зачем же, когда налажена связь с подпольем, партизанскими отрядами,  покидать это место и уходить. Но, как говорится, приказы есть приказы. При переходе через линию фронта пришлось принять бой, потеряли убитыми  двух и двоих ранило.

 Группа вышла из тыла, тут же буквально нас быстро в баню,  получили новую форму и перебрасывают нас на Кавказ, на оборону Грозного. Тогда Гитлер заявил, что если он не возьмет нефть в Грозном и Баку, то можно считать, что войну проиграл. Ведь немецкая военная машина требовала бензина, а его не хватало, поэтому он бросает лучшие горно-стрелковые части на Кавказ. Но они наткнулись на стойкую оборону наших бойцов.  Наш полк потерял очень много боевых товарищей.

  Затем пришлось повоевать в Западной Украине, на Кубани, и дошел я до Румынии в 45-м году. А когда отгремели последние залпы войны, я снова был в Москве в составе участников парада Победы. Это был парад из парадов, на котором присутствовала вся знать нашей армии - от маршала до рядового. И вот стоял я в парадном строю и слушал выступление товарища Жукова, а на глазах невольно выступали слезы. Это были слезы радости, что ты прошел войну, остался жив. А также слезы горечи по своим боевым товарищам, которые не дожили до дня Победы. Когда под барабанную дробь фашистские знамена бросали к подножию мавзолея, к подножию наших прославленных маршалов, мы проходили в четком строю и уже теперь  докладывали партии и правительству, что клятву, которую  давали в 41-м году на параде 7 ноября,  с честью выполнили, враг разбит, победа за нами!

  Мне посчастливилось быть и легендарным участником двух парадов, а также всех юбилейных. Всего я прошел по Красной площади в парадном строю 15 раз.  

 

 Награжден орденом Отечественной войны 2-й степени, медалями "За боевые заслуги", "За отвагу", "За оборону Кавказа", "За оборону Москвы" и "За победу над Германией".                 


Поделиться


Фото