Анна Ивановна Голева

Анна Ивановна Голева

Я хочу рассказать о своей маме – Голевой Анне Ивановне  (в девичестве – Крупенина), родилась она в селе Васюнино Подольского района Московской области. Ей  84 года. До 82 лет она сама занималась хозяйством: ходила в магазин, ездила в другой город, сажала картошку, ухаживала за садом и огородом.

Когда-то маму называли «куколкой», такая была у нее природная красота.

Родилась моя мама перед войной, в 1928 году. Ее мама, Анисья, работала всю жизнь в колхозе крестьянкой и мама, когда немного подросла, стала с нею выходить в поле – жать серпом пшеницу. За хорошую работу их наградили отрезами на платье, чему они были очень рады.

Папа, у моей мамы,  Иван, работал в Москве на литейном заводе и умер там в войну, мы не знаем, где его могилка.

Мама помнит, как он изредка приезжал и привозил им с сестрой Таей скромные подарки.

Однажды папа приехал и сказал: «Девки, слезайте с печки, я привез вам пальто и шапки». Мы обрадовались, слетели с печки и  папе, а он взял мешок, с которым приехал, открыл его, а там картошка: «Ох, я взял не свой мешок, там ехала еще женщина с мешком и я видно, по ошибке, взял ее мешок». Мы заплакали от обиды. И вдруг приходит мама Анисья и говорит: « Что это за мешок стоит у двери с тряпками, а где мой мешок с картошкой?»

Тогда мы все поняли и стали смеяться и радоваться, что все так хорошо закончилось.

Перед войной, моя мама, 12-летняя девочка, крыла крышу соломой, молола самодельными черновами пшеницу, ездила за сеном для коровы на лошади в поле с малолетней сестренкой.

Однажды телега перевернулась и Тая оказалась под нею. Ей защемило ноги, мама не могла одна поднять телегу и стала, изо всей мочи звать на помощь. Им Господь помог – рядом, в лесу оказались люди и они помогли поднять телегу и погрузить сено.

В деревне, где жила мама, был разрушенный храм, а рядом с храмом – родник. Мама Анисья иногда посылала старшую дочку на родник, за водой. Однажды девочка решила посмотреть, что же там в храме. Пробралась сквозь бурьян, прикоснулась к двери и вдруг, тяжелая металлическая дверь открылась, и она вошла внутрь. Она смотрела на иконы, на купол и ее поразили красотой эти «картинки».

Это воспоминание у нее осталось на всю жизнь.

Сегодня этот храм восстановлен, но мама боится, что не доедет до него.

Во время войны их село оказалось в прифронтовой зоне. Мама, 13-летняя девочка, расчищала снег на шоссе, чтобы могли проехать военные машины; была на заготовке дров; грузила камни в «пульманы», где чуть не погибла.

Жители села, по наивности, прятались от немецких самолетов под огромной елью, которая росла в селе.

Копали себе землянки в высоком овраге, надеясь спрятаться там от немецких самолетов. Но эти самолеты обнаружили их в этот же вечер, и пролетели по оврагу.

От страха люди решили вернуться  в свои дома и положиться на волю Божию. Слава Богу, село бомбили 2 раза и бомбы упали на огородах.

Пережила мама и голод. Однажды принесла своей маме траву-кашку и сказала: «Давай сварим, может ее можно есть». Но кашка оказалась несъедобной. Спасло их только молоко от любимой коровы и «кавардашки» - мерзлая картошка, выкопанная в колхозном поле.

Видела мама и «Катюши», которые поразили ее, и она считает, что благодаря им мы и победили в этой войне.

Видела она и небо, черное от вражеских самолетов, которые летели бомбить Москву.

Видела она кровь и слезы наших раненых солдат, которых привозили с поля боя в их дом к главврачу.

Вместе с солдатами они питались картошкой, которая была в их подполе. А когда не  стало сена для коровы, командир сказал моей бабушке: «Мы знаем, где остался под снегом стог сена и сейчас его вам привезем».

Пока воинская часть находилась в селе, мама каждый день носила с кухни в котелке еде главврачу.

Когда пошли в наступление, командир сказал бабушке: « Если мы не вернемся – то радуйтесь, а если вернемся  – то это конец». Бабушка его перекрестила.

Сейчас мама часто вспоминает с  душевным теплом наших защитников и молится об их упокоении перед иконой.

Мама любит свою Родину, жалеет,  что распался Советский Союз, и ценит людей только по тому, «что они сделали для страны».

После войны мама ходила учиться в школу за 5 км в Спас-Куплю. Никогда не пропускала уроки. Была круглой отличницей. Но когда ей попался на экзамене билет рассказать об Америке, она сказала: « Я о ней рассказывать не буду». Но ей все равно поставили «5».

До сих пор она помнит всех учителей и считает, что таких учителей, которые были в ее детстве, теперь нет.

Во время каникул трудилась в колхозе, помогала дома.

Закончила мама 7 классов, и пошла работать на фабрику в Каменку вышивальщицей. Здесь ее приметили, узнали, что она отличница и направили учиться на плановика в Москву. Мама с теплотой вспоминает преподавателя по планированию и экономике Шереметьеву Елизавету Сергеевну, которая пригласила ее с подружкой в гости. И они купили торт и пили чай.

Эта квартира была напротив кинотеатра «Ударник».

В Москве мама тоже блестяще закончила курсы, и стала работать на фабрике по специальности. Подсчитывала себестоимость, рентабельность, составляла профоринплан, ездила на совещания в Министерство, управление, была председателем профсоюза. И только один раз воспользовалась своим служебным положением и купила себе путевку на один день в парк «Сокольники». Сейчас она вспоминает, как их там вкусно кормили, как они пели и танцевали под гармошку. Все было интересно и весело от души.

Маму уважали на фабрике, было много подруг и друзей.

Вскоре мама вышла замуж, и родились мы с братом. Надо было растить нас, косить траву для коровы, заготавливать на зиму дрова, сажать картошку. Я помню, как она работала часто с документами дома.

Мама нас с братом вырастила, несмотря на то, что наш папа работал один. Ездила в Москву с первой электричкой за одеждой, стояла в огромных очередях – чтобы только дети ее были одеты «не хуже других».

Мама помогла мне вырастить сыночка и дочку. Пережила смерть сына и мужа. Она часто вспоминает «дорогую деревню, березовый лес, в который ходила за грибами, парк, где гуляли на Троицу».

Сейчас мама тяжело  больна. Мы молимся за нее, подаем  40-уст о здравии в монастырях, пособоровали и причастили ее – но на все воля Божья.

«Уходят не люди, уходят миры» - сказал поэт.

Я пишу, а мама моя лежит и стонет, так ей плохо.

- Что у тебя болит?

- Все болит.

 

Я рассказала все, что знаю о своей маме с ее рассказов.


Поделиться


Фото